четверг, 4 сентября 2014 г.

Л.Г.Некрасова

Лидия Григорьевна Некрасова, 1933г.р.
 
Мне было 8 лет, когда началась Великая Отечественная война.  На этом мое детство закончилось, как и всего нашего поколения. Наступила взрослая жизнь... Жили мы в то время в Белоруссии, в городе Лида Гродненской области. Отец работал на железной дороге, а мать воспитывала пятерых детей...
Немец напал сразу. Ранним утром 22 июня началась страшная бомбежка. В панике люди не знали, что им делать и куда деваться - кто скрывался в подвалах, кто бежал в лес... Я, от страха, спряталась на тыквенных грядках. Выждав время, вернулась домой. Фашистские войска уже были в городе. Начался массовый расстрел, издевательство над мирными жителями, унижения и пытки. Моих двоюродных сестру и брата, которым было немного за двадцать, расстреляли за то, что их мать, моя тетка, была учительницей русского языка.
Все время мы находились в страхе за себя и своих близких. Бывало, летит самолет. Все ложатся на землю и ждут: то ли он пролетит спокойно, то ли будет бомбить или стрелять из пулемета... Многие дома были разрушены, но наш дом, к счастью, уцелел. Те, кто остался без жилья подселялись к тем, кто давал им приют. Таким и был наш дом, согревающий всех обездоленных и обиженных. Люди помогали, поддерживали друг друга как могли, были добрыми, внимательными, несмотря на ужас и зло, которое их окружало...
Установили комендантский час: с 8 часов вечера до 7 утра никто не должен был, выходить из дому, даже за калитку, иначе, или пуля в лоб, или полицаи заберут, а потом заставят работать на немцев один или несколько дней. Мою родную сестру фашисты заставили готовить на кухне, а меня - убирать штаб. Помню, один из немцев любил поиздеваться надо мной, плевал специально на пол и бросал окурки, хорошо, что еще не бил. А был ещё поляк по фамилии Барсук, так тот всегда говорил, что пока не увидит кровь на лице русского, пока не изобьет его до полусмерти, не нагуляет аппетит... Однажды на улице соседский паренек Степан имел смелость напеть песню «Смело мы в бой пойдем...». Моментально донесли об этом в штаб, нашли его и расстреляли прямо в постели. Степану было тогда 22 года...
Немцы были жестокие и особенно зверствовали над теми, кто был связан с нашими солдатами. В один из дней мамину двоюродную сестру за то, что дети ее были красными партизанами, забили до смерти шомполами, у нее аж мясо от костей отходить начало, так и умерла, бедняжка, на наших глазах. Дом ее сожгли, а нашу семью, как родственников, внесли в списки тех, кого должны были уничтожить... Так бы и убили, если б не ушли тогда фашисты из города.
Когда я думаю о войне, то мое сердце наполняется страхом... И хоть сейчас мы живем в мире, все равно те, кто пережил войну, вспоминают эти времена со слезами на глазах... Многие считают, что знают о войне все, но не каждый может передать всю горечь...