вторник, 25 февраля 2014 г.

А.М. Сухорукова

Антонина Матвеевна Сухорукова, 1933 г.р.
 
Сухорукова Антонина Матвеевна родилась 22 декабря 1936 года в д. Орс Сурьянинского с/с, Болховского района. Когда началась война, ей было 5 лет, но многие военные эпизоды она хорошо помнит. Мама, Сухорукова Наталия Лаврентьевна, и Тоня жили у маминого брата в многодетной семье. Когда немцы пришли в деревню она не помнит. К населению они относились доброжелательно. Однако маленький двоюродный брат Коля плакал,  и финский солдат очень на него ругался. Немцы посоветовали маме Коли пожаловаться в комендатуру, тогда финна переселили в другую избу. Дом Сухоруковых состоял из двух частей, разделённых между собой сенями. В одной части дома жили немцы, в другой – семья. Скоро солдаты переселились в другой дом, а у них стал жить врач. Летом у Тони заболела нога, которую он вылечил. До сих пор шрам на ноге напоминает ей о военном времени. Антонина Матвеевна не помнит, чтобы они голодали. Недалеко от них находилась салотопка, где трупы лошадей, по всей видимости, перерабатывали на мыло. Раненых лошадей немцы использовали в пищу. Дети ели конину, хотя матери отказывались. Иногда немцы давали детям еды с кухни.
          Тоня вспоминает, как через их деревню гнали людей из Кирейковой и Середич. К подводам были привязаны овцы и козы, не имея возможности прокормить птицу, курей их бросили за деревней во ржи.  Это было под Казанскую -   престольный, религиозный праздник, 20 июля. Немцы позволили отпраздновать праздник, а на следующий день начали выставлять окна в домах. На вопрос жителей, почему они делают это, немцы ответили: «Матка, на хаус!».  Жители поняли, что их тоже будут эвакуировать.  Хозяйки стали закапывать свой небогатый скарб. 22 июля жителей стали выгонять из домов.  Людей вывели на Карачевский большак,  где поделили на две группы с целью их отправки в Латвию или Германию. Они ночевали под открытым небом, а женщин с грудными детьми селили в домах.
          Дети оставались детьми.  На одном из привалов они бегали по поляне. Пролетевшие немецкие самолёты обстреляли их, убив одного мальчика. Мама Тони вместе с другой женщиной ушла за водой. Немцы засуетились, начали обливать бензином продукты, которые везли с собой, постепенно, уходя. Женщины вместо воды притащили  мешок муки и мешок пшена. Скоро многие закричали: «Русские! Русские!».   Увидев советских воинов,  они очень обрадовались. От своих мест жителей угнали недалеко.  Они были в селе Знаменка Знаменского района Орловской области.
          С Карачевского шоссе,  на другой стороне,   можно было видеть деревню. Мама послала посмотреть Тоню,  уцелел ли их дом.  Но по дороге девочка, увидев убитых немцев и снаряды, испугавшись, вернулась назад. К радости Сухоруковых их дом не был сожжён, хотя весь потолок был изрешечен пулями, как решето. Два соседних дома были сожжены.
 
          Начались тяжёлые послевоенные дни.  Закопанные вещи они не нашли. Найден был только один чугун. Пищу варили в гильзах.
          Антонина Матвеевна, доучившись до шестого класса, отправляется на торфяные заработки в Ивановскую и Ярославскую области. Работа была очень тяжёлой.  Для того чтобы перевыполнить план приходилось просыпаться в три часа утра и полусонными идти на работу. Торфяные залежи разделялись на участки. Между ними пролегали трубы. Сонные девушки спотыкались и падали. Им становилось смешно и сон как рукой снимало. Торфяную массу переворачивал несколько раз, просушивали и укладывали штабелями. Работницам выдавали перчатки, но их хватало на несколько дней. Пальцы на руках трескались от   сырости и грязи.  Работали до девяти часов вечера с перерывом на обед в один час. Однако это время многие тратили   не на еду, а на отдых, так как они очень уставали. Один день в неделю у них был выходной. В этот день девушки дежурили по кухне и готовили еду. Кстати, вербовщики за ними приезжали домой, поэтому они могла взять с собой по мешку картошки.  В месте проживания девушек были построены специальные сушки. Поэтому во время дождя они могли не беспокоиться, вещи будут высушены. Организована была и баня. Местные мальчишки дразнили их «Торфушки», а так, по словам Антонины Матвеевны их никто не обижал. Работа продолжалась полгода, с весны до осени.  На заработанные деньги приобретали  вещи, ткани, швейные машинки, поскольку ни денег, ни товаров дома не было. До 21 года проработала сезонной рабочей на торфяных залежах. 
          После замужества уехала в деревню Плоская, где работала подсобной работницей на строительстве школы, фермы, а также на строительстве гаража в деревне Козюлькино. В построенной школе в дальнейшем обучались её дети: два сына и дочь.  Работала в колхозе «Знамя Ленина» дояркой 13 лет и пять лет телятницей. Работа на ферме была тоже очень тяжёлой. Позже была механизирована уборка  и дойка коров, но в основном приходилось всё выполнять вручную. Носить тяжёлые вёдра молока и неподъёмные корзины с кормом. Особенно был тяжёлым силос. Вставать приходилось в четыре часа утра. Когда не было света – доить группу коров вручную. А дома ждала другая работа: домашний скот, птица, огород, участок свёклы, выделенный для обработки дополнительно, сенокос,  готовка обедов и многое другое.
          

Комментариев нет:

Отправить комментарий